Литература

Литература
Аниме и Хентай
Боевые искусства
Закон
Здоровье
Знаменитости
Композиторы и певцы
Кулинария
Культура
Пословицы и поговорки
Поэзия
Проза
Сказки
Средства массовой информаци
Статьи
Суеверия
Театр
Фантастика
Эротические приключения
Поиск
литературы
Добавить литературу
 

→   Японо-китайские отношения  ←

Между Японией и Китаем давно уже сложились как официальные, так и неофициальные отношения.


Китай очень сильно повлиял на Японию своей системой письма, архитектурой, культурой, психологией, системой законодательства, политики и экономики. Когда в середине XIX века, западные страны вынудили Японию открыть торговые пути, Япония продвинулась в сторону модернизации (Реставрация Мэйдзи), и рассматривала Китай, как старомодную цивилизацию, неспособную защитить себя от западных сил (Опиумные войны и англо-французские экспедиции 1840-1860-х годов). Длинная цепочка японских вторжений и военные преступления в Китае между 1894 и 1945 годами, так же, как и современное отношение Японии к своему прошлому, стали основным источником, повлиявшим на нынешние и будущие японо-китайские отношения.

Первые письменные китайские исторические источники, упоминающие о Японии (0-300 гг. н.э.)

Первое упоминание о японском архипелаге появилось в китайском учебнике истории периода династии Поздняя Хань в 57 году, в котором отмечалось, что император династии Хан дал Ва (Японии) золотую печать. Печать была найдена на севере Кюсю в XVIII веке. С тех пор в китайских исторических письменах неоднократно упоминалась Япония, поначалу спорадически, а потом постоянно, так как стала выдающейся державой в регионе.

Есть китайское поверье, что первый китайский император Цинь Ши Хуан (Qin Shi Huang) отправил несколько сотен людей в Японию, чтобы найти секрет бессмертия. В течение III века китайские путешественники сообщали, что жители Японии выводили родословную от Ву Тайбо, царя государства Ву (современные провинции Цзянсу и Чжэцзян) времён Воюющих царств. Они описывали примеры традиций Ву, включая выдергивание зубов, нанесение татуировок и ношение детей на спине. В некоторых записях говорится, что японцы уже тогда имели схожие с нынешними обычаи. К ним можно отнести хлопанье в ладоши во время молитвы, приём пищи с деревянного подноса и поедание сырой рыбы (эти обычаи были типичны для Цзянсу и Чжэцзян до тех пор, пока загрязнение окружающей среды не сделало их непрактичными). Записи периода Кофун свидетельствуют о древнем японском обычае сооружать земляные курганы (могильники). Первым японцем, упомянутым династией Вэй, была Химико (Himiko), женщина-шаман, глава страны сотен провинций, называемой Яматайкоку (Yamataikoku). Современные историки-лингвисты считают, что «Яматай» в действительности произносили как «Ямато».

Введение китайской политической системы и культуры (600-900 гг. н.э.)

В период правления династий Суй и Тан Япония послала большое количество студентов в Китай в составе Императорского посольства (которое, кстати, было ограничено в численности), чтобы прочно устояться как суверенная нация в Северо-Восточной Азии. После падения корейского конфедеративного королевства Пэкче (с которым Япония была близким союзником), от совместной руки Тан и Силлы, Япония была вынуждена искать Китай самостоятельно, что по тем временам было безнадежным предприятием и ограничивало успех зарубежных контактов Японии.

Важные элементы, привезенные из Китая (и кое-что, что было передано через Пэкче в Японию), включали буддийское учение, китайские традиции и культуру, бюрократию, архитектуру и городское планирование. Столица Киото была спланирована согласно элементам фэн-шуй по типу китайской столицы Чанань (Chang`an), а в период Хэйан буддизм стал одной из важнейших религий, наряду с синто.

Китайская модель империального правления не продержалась в Японии долгое время. Она исчезла к X веку, уступив место традиционной японской системе кланов и фамильного соперничества (Сога-Мононобэ, Тайра-Минамото).



Между Японией и Китаем давно уже сложились как официальные, так и неофициальные отношения.


Первая японо-китайская война

В 663 году н.э. произошла битва при Baekgang, это был первый японо-китайский конфликт, отмеченный в истории. Битва была частью древних отношений Трех королевств Кореи (Самгук или Самхан), японского королевства Ямато и китайских династий. Эта война сама по себе сошла на нет с падением Пэкче, одного из Самгук, или Трех королевств Кореи, сразу следом за войной.

Зачинателем этой войны стало королевство Силла, которое стремилось к доминированию на Корейском полуострове посредством заключения альянса с китайской династией Тан, которая в свою очередь стремилась одержать победу над Когурё в отместку за своё унизительное поражение во времена правления династии Суй. В те времена королевство Когурё было союзником Пэкче.

Пэкче также было тесно связано с двором Ямато, который выводил свою родословную от короля Muryeong, а также за счёт других смешений крови Пэкче и Ямато. Тогдашняя Япония (Ямато) поддержала Пэкче, направив 30-тысячный отряд во главе с опытным генералом Абэ-но Хирафу (Abe no Hirafu), который сражался с айнами в компаниях в восточной и северной частях Японии. Часть усилий королевство Силла направило на завоевание Пэкче в битве при Baekgang, которая была развернута между Тан (Китай), Пэкче, Силла, и Ямато (Япония). Эта битва стала катастрофическим поражением сил Ямато. Около 300 японских кораблей были уничтожены совместными силами военно-морских флотов Силлы и Тан, половину которых составляли быстроходные суда, поэтому помочь Пэкче от Ямато не могла быть полезна на земле, так как ее разгромили на море.

В том же году через небольшой промежуток времени Пэкче пало. Одержав победу над Пэкче, Силла и Тан сконцентрировали свое внимание на более мощном противнике - Когурё, которое пало в 668 году н.э. Большей частью Силла соперничала с Пэкче и так же она враждебно относилась к Японии (Ямато), которая рассматривалось как государство-побратим Пэкче. Такая политика продолжалась (с единственным перерывом между приблизительно 670-730 годами н.э.) и после того, как Силла объединила большинство государств, которые теперь составляют Корею, и выбила Тан (Китай) с той части, которая является на данный момент Корейским полуостровом. Япония оказалась на какое-то время изолирована и были вынуждена самостоятельно налаживать связи с азиатским материком. Самый короткий путь достижения поставленной цели был для неё блокирован враждебно настроенным королевством Силла.

Процветание морской торговли (600-1600 гг.)

Морская торговля между Японией и Китаем очень хорошо описана и большое количество китайских артефактов было извлечено на свет из-под земли. В то время как непосредственные коммерческие связи между Японией и Китаем процветали, Пэкче и Силла иногда играли в них роль посредника. После 663 года, когда Пэкче (союзник Японии) пало, у страны не было другого выбора (перед враждебностью Силлы, которая на утихла на время империализма царства Тан, представлявшего собой угрозу как для Японии, так и для Объединённого королевства, но возобновилась после 730 года или около того) кроме как вести непосредственную торговлю с китайскими династиями. Поначалу у Японии было мало собственного опыта в долгосрочных мореплаваниях, но в конечном счете (предположительно при содействии экспатриантов Пэкче, бежавших из страны после ее падения) японцы усовершенствовали свое флотское мастерство и навыки кораблестроения.

Порты Нинбо (Ningbo) и Ханчжоу (Hangzhou) были основными связующими звеньями торговой цепи с Японией и японскими бизнесменами. За исключением Кореи в период существования Трех королевств Кореи (приблизительно 300-670 гг. н.э.), острова Рюкю, когда-то порабощенные японским двором, так же служили перевалочным пунктом в японо-китайской торговле. Предметами торговли были высококачественный фарфор, сандаловое дерево, чай и шелк. В результате тесного соседства с Китаем (особенно с Цзянсу и Чжэцзян) традиции островов Кюсю и Рюкю поддались его сильному влиянию. Кроме этого, на обычаи названных островов оказало влияние королевство Пэкче. В кухни Кагосимы и Окинавы входит блюдо, называемое «какуни» («kakuni»), похожее на «Dong Po Rou», или «свинину Su Dongpo», из Ханчжоу (Hangzhou): свинина (с жиром), тушёная с сахаром, рисовым уксусом, имбирём и соевым соусом. Жареная рыба или фрикадельки считаются традиционно южно-китайскими блюдами (в особенности Чжэцзян и Фуцзянь). Блюда из лапши (такие как «хаката рамэн») и глиняные горшочки для приготовления пищи тоже относятся к исконно китайским традициям. Дворцы и убранство Окинавы соответствуют китайскому цветовому стилю, которому свойственны красный, зеленый, голубой и золотой цвета, - в противовес японскому натурализму и простоте, - а в качестве украшений в нем используются мифические животные.

После 1633 года непосредственная торговля с Китаем была ограниченна сёгунатом Токугава, когда Япония решила прекратить все прямые торговые связи с зарубежьем. Кое-какая торговля велась кланом Симадзу (Shimazu) провинции Сацума через острова Рюкю. Существенные торговые связи между Японией и Китаем не возобновлялись до XX века, т.е. до современной эпохи.



Между Японией и Китаем давно уже сложились как официальные, так и неофициальные отношения.


Японские пираты на побережье Китая и монгольские нашествия из Китая и Кореи (1200-1600 гг.)

С XIII столетия до неудавшегося корейского нашествия Хидэёси в конце XVI века, японские пираты были постоянной проблемой не только для Китая и Кореи, но и для японского сообщества. Японские пираты часто были выходцами из неблагополучных слоев общества и японцы (большей частью) были столь же счастливы избавиться от пиратов, как и сами пираты, когда совершали набеги на более зажиточные побережья (в то время Япония была разорена гражданскими войнами и терпела трудные времена, а Корея, Китай и Монгольская империя «наслаждались» относительным миром, процветанием и изобилием).

Вако также были основным поводом, по которому Кублай-хан (Kublai Khan; Хубилай) монгольской династии Юань решил вторгнуться в Японию. Первоначально, Хубилай отправил послов к Ходзё Токимунэ (Hojo Tokimune, глава японского правительства) с просьбой обуздать японских пиратов. И только после того, как он получил неадекватные и грубые ответы (один из посыльных был обезглавлен японским правительством) Хубилай решил начать нашествие на Японию. К счастью для Японии, большое количество наступавших войск саботировали корабли, а Камикадзе нанесли урон военно-морскому флоту Хубилая. Необходимо также отметить, что огромная часть разрушенного монгольского флота состояла не из корейцев или китайцев, у которых был многовековой опыт мореплавания. Сюда также не входила та часть монгольского флота, которой руководили опытные китайские и корейские капитаны, знающие море и повернувшие назад, когда стало ясно, что стоять на якоре у Кюсю достаточно опасно.

Японское пиратство усилилось в XVI веке. В ответ на это династия Мин построила сеть прибрежных фортов и создала специализированные военные отряды по борьбе с мародерами. Знаменитым борцом с японским пиратством стал генерал Ци Цзигуан (Qi Jiguang). Во время нашествия Хидэёси в 1592-1596 и 1597-1598 годов японцы брали пиратов на службу, чтобы те принимали участие в военных баталиях и помогали в транспортировке. Но несмотря на это они были с легкостью поражены относительно небольшим количеством вооруженных и бронированных (т.н. «корабли-черепахи») кораблей адмирала И Сун Сина (Yi Sun Shin).

Участие династии Мин в победе над Хидэёси (1592-1598 гг.)

Тоётоми Хидэёси (Toyotomi Hideyoshi) был одним из тех, кто объединил Японию (кроме него к этому в объёдинение внесли свою лепту Ода Нобунага (Oda Nobunaga) и Токугава Иэясу (Tokugawa Hideyasu)). После подчинения кланов Мори и Симадзу, Хидэёси мечтал со временем завоевать Китай, но для этого ему нужно было пересечь Корею. Когда Хидэёси получил отказ в праве пересечения Кореи на пути к династии Мин, правившей тогда Китаем (Корея была китайским государством-данником, она не была готова позволить военной экспедиции войти в Китай по своей земле), он оккупировал Корею. В первый год нашествия (1592) под командованием Като Киёмасы (Kato Kiyomasa) японцы достигли Маньчжурии и сражались с Jianzhou Jurchens. Король Seonjo попросил помощи у династии Мин, но так как продвижение японцев было достаточно стремительным, лишь малая часть сил Мин была послана первоначально.

Кониси Юкинага (Konishi Yukinaga), разместивший войска в Пхеньяне зимой 1592 года, первым встретил и победил 5000-ную армию китайских солдат. В 1593 году произошло великое китайское сражение, которым руководил генерал Ли Жусун (Li Rusong). 45000-ная артиллерийская армия захватила Пхеньян и вытеснила японцев на юг, но в Pyokjekwan японцы перешли в контрнаступление. Как оказалось, японцы были не в состоянии удержать свои позиции и корейский флот, под командованием И Сун Сина (Yi Sun-shin) часто перекрывал каналы поставки продовольствия между Японией и Кореей, что в конечном итоге привело к поражению японских сил в Корее по причине нехватки пропитания. К 1593 году всем было ясно, что японские силы будут не в состоянии продолжить свое дальнейшее продвижение из-за сложившихся обстоятельств, и японцы (большей частью) отступили в крепости, которые они все еще контролировали на материковой Корее.

После 1593 года наступило 4-летнее перемирие. В это время Мин на условиях вывода войск, даровала Хидэёси титул «Короля Японии», но Хидэёси чувствовал, что это оскорбляет Императора Японии, и потребовал концессии, а также руки дочери императора Ваньли (Wanli). В дальнейшем их отношения усугубились и война возобновилась.

Второе нашествие Хидэёси было намного менее успешным. Китайцы и корейцы на этот раз были более подготовлены и быстро ограничили и заблокировали японцев на юге, а затем отбросили их к морю, и огромная корейская армия во главе с адмиралом И Сун Сином окончательно разбила японские войска. Нашествие оказалось неудачным, но более разрушительным для корейских городов, культуры и сельских местностей. Эта война повлекла за собой огромной количество смертей среди гражданского населения страны (японцы вырезали штатское население захваченных корейских селений). Война опустошила казну Китая и оставила Мин беззащитной против маньчжурцев, которые в конце концов, стерли с лица земли династию Мин и создали в 1644 году династию Цин. Впоследствии Япония под руководством сёгуната Токугава придерживалась политики изолированности до тех пор, пока коммодор Перри в 1850-х годах не вынудил ее открыться.



Между Японией и Китаем давно уже сложились как официальные, так и неофициальные отношения.


Реставрация Мэйдзи, империализм, войны и зверства 1868 – 1945 гг.

После прихода коммодора Перри и вынужденного открытия своих путей для западной торговли, Япония осознала необходимость модернизации во избежание унижения себя Китаем во время Опиумных войн. Анти-токугавские тодзама (tozama, крупные кланы, бывшие противниками Токугавы Иэясу во время битвы при Сэкигахара в 1600 году), происходившие от кланов Симадзу и Мори, уничтожили бакуфу во время Реставрации Мэйдзи и восстановили японского императора в качестве главы государства.

После этого военные и государственные посты были захвачены членами кланов Мори и Симадзу, которые институционализировали быструю модернизацию, милитаризацию и империализм, основанные на примере западных стран. Первыми странами, ощутившими на себе японский империализм, стали Китай и Корея.

Между Китаем и Японией трения возникли в 1780 году по поводу японского главенства на островах Рюкю и аннексии Тайваня после первой японо-китайской войны 1894 года. Китай был практически вынужден оставить большую территорию Маньчжурии, но был спасен вмешательством русских. Однако, несмотря на это Китай продолжал выплачивать огромные компенсации и сдал территории Тайваня. Во время первой японо-китайской и русско-японской войн японские войска обезглавили и казнили большое количество китайского гражданского населения в провинции Ляонин и в Маньчжурии после захвата таких городов как Порт-Артур, однако к русским заключенным они относились с уважением.

Японские войска приняли участие в подавлении т.н. боксерского восстания 1900 года и одержали победу над боксерами и императорскими войсками династии Цин. Китайцы снова были вынуждены выплатить огромную компенсацию Японии, но на этот раз Япония смогла получить намного меньшую выгоду из-за давления, оказанного соперничеством с империалистическими западными странами и США, в результате чего Китай не смогли поделить на множество колоний.

В течение Первой мировой войны японцы атаковали и оккупировали германскую колонию в Циндао. Также они в 1915 году издали печально известное 21 требование. После Первой мировой войны Китай чувствовал себя преданным государствами-союзниками: несмотря на то, что Китай являлся союзником, он был вынужден отдать территории в Шаньдуне Японии и принять ее 21 требование.

Кульминацией данного положения вещей стало Движение 4 мая. Однако империалистические цели Японии неизменно росли до 1920-х годов, сфокусировавшись на Маньчжурии. В начале эпохи Сёва японцы хотели оккупировать Маньчжурию по причине наличия в ней природных ресурсов, но на их пути встал могучий военачальник Чжан Цзолинь (Zhang Zuolin). Его поезд подвергся бомбёжке японских войск в 1928 году. В 1931 году Япония полностью оккупировала Маньчжурию и создала новое государство, названное Мантюкоку (Manchukoku, Маньчжоу-Го). Апогеем серии инцидентов стал инцидент в Мукдене, приведший к полномасштабному вторжению в Китай в июле 1937 года. В скором времени Японии смогла получить власть над китайскими отдаленными территориями.

Период между инцидентом в Мукдене в 1931 году и официальным началом второй японо-китайской войны в 1937 году был отмечен постоянным региональным вооруженным сопротивлением японскому наступлению в Маньчжурии и в Северном Китае, а так же усилиями Наньцзиня по остановке дальнейшей агрессии путем дипломатических переговоров. Эта эпоха стала бурной для националистического правительства, поскольку оно увязло в гражданской войне с китайскими коммунистами и поддерживало нелегкий мир с оставшимися военачальниками, чьи имена стоят в одном ряду с Чаном Кайши (Chiang Kai-shek), после северной экспедиции.

Этот период также отмечен погоней националистического правительства за модернизацией своей национальной революционной армии при поддержке советских, а позднее – немецких советников. Японцы вторглись в Пекин после обвинения китайских войск в перестрелке на мосту Марко Поло. Данное событие положило начало второй японо-китайской войне. Самолеты китайской националистической армии бомбили японские позиции в Шанхае, это ознаменовало начало битвы в Шанхае.

Отлично экипированные и натренированные немцами националистические войска насмерть сражались с японцами. Упорное сопротивление привело к 122000 погибших или раненных среди японцев. Китайцы ожидали поддержки Запада за свой героизм в сражении, однако таковой не последовало. Позднее, японцы продвинулись вперед и встретили незначительный отпор, в результате чего лучшие китайские войска были разбиты в Шанхае. Озлобленная японская армия, не ожидавшая подобного сопротивления, жестоко расправилась с китайскими военными заключенными (что считается постыдным в соответствии с японским кодексом самураев – Бусидо) и гражданским населением. Бойня длилась в течение двух месяцев и получила название Наньцзинская резня.

Фактическое количество жертв разнится в зависимости от источников (Япония или Китай). Китайские источники приводят цифру в 300000 погибших или более того. После 1940 года война превратилась в изнуряющую борьбу, поскольку главные силы китайцев были истощены. После того, как США вступили во Вторую мировую войну, Китай стал получать большее снабжение, но Чан Кайши придержал у себя полученные денежные средства и оружие, чтобы после победы американцев над японцами бороться с коммунистами. Из-за эгоизма и неумелого командования Чана японские войска уже в 1944 и 1945 годах в процессе операции Ити-Го (Ichi-Go) получили возможность продвинуться в Китай. После атомной бомбежки Хиросимы и Нагасаки, а также вторжения СССР в оккупированную Японией Маньчжурию во время операции Августовский шторм, японцы сдались.

Китайская республика (КР) вновь получила право контроля над Тайванем после безоговорочной капитуляции Японии в 1945 году согласно решению Союзных держав на Каирской конференции в 1943 году. КР и Япония в 1952 году заключили Тайбэйский договор. Данный момент является спорным, так как тайваньское правительство Куоминтан (КМТ) было признано лишь Японией, но не коммунистической КНР. Также Куоминтан не приняло японские компенсации только в отношении Тайваньского правительства.



Между Японией и Китаем давно уже сложились как официальные, так и неофициальные отношения.


1950-е гг.

После образования в 1949 году Китайской народной республики (КНР) отношения с Японией изменились. Враждебные ранее, с отсутствием контактов, они приобрели вид радушного и крайне близкого сотрудничества в различных областях. Япония была побеждена, а японские военные силы – разрушены, однако Китай продолжал рассматривать ее как потенциальную угрозу из-за присутствия там США. Одной из постоянных озабоченностей КНР в отношении Японии была ее потенциальная ремилитаризация. С другой стороны, некоторые японцы боялись, что экономическая и военная мощь КНР возрастут.

Советско-китайский договор о дружбе, альянсе и негласной поддержке включал следующее: стороны обязались предоставить необходимую защиту друг другу, в случае атаки на них «со стороны Японии или другой, союзной ей страны». Китай всегда с тревогой смотрел на роль Японии в качестве главной базы США в период Корейской войны. Соглашение о безопасности между Японией и США, подписанное в 1951 году усилило разочарование в дипломатических отношениях двух стран. Япония и в дальнейшем расхолаживала отношения между двумя странами посредством прекращения мирного договора с Китаем и установления дипломатических отношений с правительством Тайваня.

Как и большинство западных стран того времени, Япония продолжала признавать правительство КР в Тайбэе, как единственно законную китайскую власть. Первоначально, ни одна страна не позволяла своим политическим разногласиям вставать на пути расширения неофициальных контактов, и в середине 1950-х годов они обменивались растущим количеством культурных, трудовых и деловых делегаций.

Несмотря на то, что все это осложняло отношения двух стран, китайское правительство налаживало связи с японскими негосударственными организациями, первоначально через Китайский всенародный институт иностранных дел (КВИИД). КВИИД принимал японских политиков из всех партий, но японские левые партии были больше заинтересованы в отношениях с Китаем. В 1952 году для Китайской комиссии по содействию международной торговле стало возможным получение торгового соглашения, подписанного членами японского парламента.

Ляо Чэнцзы (Liao Chengzi), заместителю председателя Канцелярии Госсовета по иностранным делам, удалось заключить множество других соглашений, таких как, например, Репатриация японских военнопленных через Красный крест Японии (1954) и Соглашение о рыбной ловле с японо-китайской рыболовной ассоциацией (1955). Хотя отношения двух стран в тот период были большей частью неофициальными, соглашения имели важное значение в объединении окружения стран.

Китай начал политические попытки воздействия на США посредством торговли, «народной дипломатии», контактов с японскими оппозиционными партиями и путём оказания давления на Токио в целях разорвать связь с Тайбэем. Однако, в 1958 году Китай приостановил торговлю с Японией, очевидно решив, что торговые уступки являлись безрезультатными для достижения политических целей. После этого в своем плане по улучшению политических отношений Китай просил японское правительство не относиться к себе враждебно и не препятствовать любому намерению восстановить нормальные отношения между Японией и Китаем, а также не вступать в какие-либо заговоры по созданию двух Китаев. После советско-китайского разрыва, экономическое положение заставило Китай пересмотреть и восстановить торговые связи с Японией.



Между Японией и Китаем давно уже сложились как официальные, так и неофициальные отношения.


Возобновление торговли (1960-е гг.)

В 1960-х гг. Советский союз вдруг отозвал из Китая своих экспертов, что привело Китай к затруднительному экономическому положению. Китай имел несколько альтернатив, одной из которых являлось начало более официальных отношений с Японией. Тацуносукэ Такаси (Tatsunosuke Takashi), член Либерально-демократической партии (ЛДП), член Парламента, а также директор Агентства экономического планирования, посетил Китай с целью подписания меморандума о дальнейших торговых отношениях двух стран. По данному соглашению китайские закупки индустриальных предприятий должны были частично финансироваться через среднесрочные кредиты, выдаваемые Экспортно-импортным банком Японии.

Договор также разрешал КНР открывать торговые представительства в Токио, а в 1963 году проложил дорогу для утверждения японским правительством постройки на континентальном Китае завода по изготовлению синтетических текстильных материалов, оцененного в 20 млн. долларов США, гарантируемых банком.

Но последовавший от КР протест заставил Японию отложить дальнейшее финансирование постройки данного предприятия. КНР отреагировала на такую перемену через снижение торговли с Японией и усилением агрессивной пропаганды против Японии, назвав ее «американской шавкой». Японо-китайские отношения снова сократились в период культурной революции. В дальнейшем разрыв был обострен растущей мощью и независимостью Японии от США в конце 1960-х годах. КНР особенно концентрировала внимание на том, что Япония может ремилитаризироваться снова, чтобы компенсировать уменьшение военного присутствия США в Азии, вызванного правлением президента Ричарда Никсона. Однако, несмотря на то, что суматоха немного прекратилась, японское правительство уже под давлением пропекинской фракции ЛДП и оппозиционных элементов, стремилось занять более передовое положение.

Официальные отношения и договор о дружбе (1970-е гг.)

В начале 1970-х годов представители США шокировали японские власти развитием отношений с Китаем. Япония стала развивать новые тенденции по установлению и улучшению отношений с этим же государством. Данная стратегия, использовавшаяся через короткий промежуток времени после окончания холодной войны, «повлияла на чувство неуверенности и беспокойства среди японцев, относительно дальнейшего китайского курса, учитывая явный размер страны и надежный экономический рост, а также и тот факт, что значительная часть плодов этого роста предназначена для обороны». Вскоре японцы пошли по стопам американского правления и решительно поменяли свою политику в отношении Китая.

В декабре 1971 года китайские и японские торговые посреднические организации начали обсуждение возможности восстановления дипломатических торговых отношений. Отставка премьера Сато в июле 1972 года и вступление на пост Танаки Какуэя (Tanaka Kakuei) положили начало переменам в японо-китайских отношениях. Визит в Пекин избранного премьер-министра Танаки закончился подписанием совместного соглашения (Совместное соглашение правительства Японии и правительства Китайской народной республики) 29 сентября 1972 года, которое положило конец восьмилетней вражде и трениям между Китаем и Японией, устанавливая дипломатические отношения между государствами. Переговоры строились на трех принципах, выдвинутых китайской стороной: «Настоящим подтверждается, что представители Китая, принимающие участие в переговорах и выступающие от лица страны, представили на рассмотрение Японии три принципа, являющиеся основанием для нормализации отношений двух стран: а) правительство КНР является единственным представителем и законным правительством Китая; б) Тайвань является неотъемлемой частью КНР; в) соглашение между Японией и Тайванем является незаконным и недействительным и должно быть аннулировано».



Между Японией и Китаем давно уже сложились как официальные, так и неофициальные отношения.


В этом соглашении Токио признал, что правительство Пекина (а не правительство Тайбэя) является единственным законным правительством Китая, заявляя в то же время, что он понимает и уважает позицию КНР в отношении того, что Тайвань – это часть Китая. У Японии на данных переговорах было меньше рычагов давления на Китай из-за отношений КНР с ООН и американским президентом Ричардом Никсоном. Но самой важной проблемой Японии было продление своих соглашений с США о безопасности, ожидая, что Китай осудит этот поступок. Китайские власти очень удивили японцев, заняв пассивную позицию в вопросе отношений Японии и США. Компромисс был достигнут 29 сентября 1972 года. Создавалось впечатление, что Япония согласилась с большей частью требований Китая, включая проблему Тайваня. Это привело к взаимодействию двух стран в отношении быстрого роста торговли: 28 японских и 30 китайских экономических и торговых делегаций взаимно посетили страны друг друга. Переговоры относительно договора о японо-китайской дружбе и мирного договора начались в 1974 году, но вскоре натолкнулись на политическую проблему, которой хотела избежать Япония.

КНР настаивала на включение в договор пунктов антигегемонии, направленных в сторону СССР. Япония, не желавшая быть втянутой в советско-китайскую конфронтацию, возражала, а СССР в свою очередь дал понять, что заключение японо-китайского договора нанесет вред советско-японским отношениям. Усилия Японии найти компромисс с Китаем относительно данного вопроса потерпели фиаско, и переговоры были прекращены в сентябре 1975 года. Положение дел оставалось неизменным до политических перемен в Китае, последовавших за смертью Мао Цзэдуна (Mao Zedong) в 1976 году, приведших к вынесению на передний план модернизации экономики и заинтересованности в отношениях с Японией, чьи инвестиции имели важное значение. Изменив свое мнение, Япония была готова игнорировать предупреждения и протесты СССР, и приняла идею антигегемонии в качестве международного принципа, помогающего выстроить фундамент для заключения мирного договора.

В феврале 1978 года долгосрочное частное торговое соглашение привело к договоренности, в соответствии с которой доход от торговли Японии и Китая должен подняться до уровня 20 млрд. долларов США к 1985 году посредством экспорта из Японии предприятий, оборудования, технологий, строительных материалов, запчастей для оборудования взамен на уголь и нефть. Данный долгосрочный план, давший почву для неоправданных ожиданий, доказал лишь чрезмерную амбициозность, и в последующем году был отклонен, так как КНР была вынуждена пересмотреть приоритеты своего развития и уменьшить свои обязательства. Однако, подписание соглашения повлияло на желание обеих стран улучшить отношения.

В апреле 1978 года вспыхнул диспут в отношении суверенитета островов Сэнкаку (Senkaku), горстки неплодородных островков к северу от Тайваня и к югу от архипелага Рюкю, который угрожал прекращением развивающейся тенденции возобновления переговоров о заключении мирного договора. Способность к приспособлению обеих сторон привела к решительным действиям. Переговоры по заключению мирного соглашения были продолжены в июле, а согласие было достигнуто в августе на основе компромиссной версии пункта об антигегемонии. Договор о мире и дружбе между Японией и КНР был подписан 12 августа и вступил в силу в 23 октября 1978 года.

Развитие комплементарных интересов (1980-е гг.)

В 1980-х годах отношения Японии и Китая достигли значительного прогресса. В 1982 году имели место серьезные политические дебаты по вопросу пересмотра подачи учебного материала в японских учебниках, касающегося войны имперской Японии против Китая в 1930-х и 1940-х годах. В 1983 году Пекин также выразил обеспокоенность в отношении смещения стратегического акцента США в Азии: он переместился от Китая в сторону Японии, где премьер-министром в то время был Накасонэ Ясухиро (Nakasone Yasuhiro), угрожавший возможностью восстановления японского милитаризма.

К середине 1983 года Пекин решил улучшить свои отношения с администрацией президента Рейгана (США) и укрепить связи с Японией. Генеральный секретарь Коммунистической партии Китая (КПК) Ху Яобан (Hu Yaobang) посетил Японию в ноябре 1983 года, а премьер-министр Накасонэ совершил ответный визит в Китай в марте 1984 года. В то время как японский восторг в отношении китайского рынка то возрастал, то падал, дальновидные стратегические соображения 1980-х годов стабилизировали политику Токио по отношению к Пекину. По сути, сильное вовлечение Японии в экономическую модернизацию Китая, отчасти, повлияло на ее решимость поддерживать мирное внутреннее развитие в Китае, втянуть Китай в постепенно расширяющиеся связи с Японией и Западом, уменьшить интерес Китая к возвращению к провокационной внешней политике прошлого, воспрепятствовать любым советско-китайским перегруппировкам против Японии.



Между Японией и Китаем давно уже сложились как официальные, так и неофициальные отношения.


Многие мысли Японии о СССР дублировали китайскую обеспокоенность. Эти переживания включали также размещение в Восточной Азии советских вооруженных сил, разрастание советского Тихоокеанского флота, вторжение СССР в Афганистан и потенциальную угрозу, которую он представлял для путей доставки нефти в Персидском заливе, а также увеличивающееся военное присутствие Советского союза во Вьетнаме. В ответ на это, Япония и Китай стали придерживаться определенной дополнительной внешней политики, разработанной с целью политической изоляции СССР и его союзников и содействия региональной стабильности. В Юго-Восточной Азии обе страны обеспечили крепкую дипломатическую поддержку усилиям Ассоциации стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН) по выводу вьетнамских сил из Камбоджи. Япония прекратила всякую экономическую поддержку Вьетнама и оказывала стабильную экономическую помощь Таиланду, помогая в переселении индокитайских беженцев. КНР была ключевым источником поддержки тайландских и камбоджийских групп сопротивления.

В Юго-Западной Азии оба государства осуждали советскую оккупацию Афганистана; они отказались признавать советский режим в Кабуле и искали дипломатические и экономические средства, чтобы поддержать Пакистан. В Северо-Восточной Азии Япония и Китай стремились умерить поведение своих корейских партнеров (Южной и Северной Кореи), чтобы ослабить напряжение. В 1983 году КНР и Япония решительно критиковали предложение СССР по передислокации его вооруженных сил в Азию.

В течение оставшейся части 1980-х годов Япония сталкивалась с огромным числом разногласии с КНР. В конце 1985 года китайские представители выразили резкое недовольство по поводу посещения премьер-министром Накасонэ храма Ясукуни (Yasukuni), который чествует японских военных преступников. Экономические проблемы были сосредоточены на проблеме притока японских товаров в Китай, который привёл к серьёзному дефициту торгового баланса в стране. Накасонэ и другие японские лидеры получили возможность опровергнуть такое официальное мнение во время своего визита в Пекин и в процессе других переговоров с китайскими представителями власти. Они уверили китайцев в крупномасштабном развитии Японии и в ее коммерческой помощи. Однако нелегко оказалось успокоить народные массы Китая: студенты проводили демонстрации против Японии, с одной стороны, помогающие китайскому правительству укрепить свое предубеждение к их японским оппонентам, но с другой стороны, оказалось, очень сложно изменить мнение китайского народа, нежели мнение китайского правительства.

Тем временем, смещение в 1987 году партийного главы Ху Яобана нанесло ущерб японо-китайским отношениям, так как Ху смог наладить личные отношения с Накасонэ и другими японскими лидерами. Жестокое подавление правительством КНР продемократических демонстраций весной 1989 года заставило японских политических деятелей осознать, что новая ситуация а Китае стала чрезвычайно деликатной и требует осторожного управления во избежание таких действий Японии по отношению к Китаю, которые могут надолго оттолкнуть его от реформ. По некоторым сообщениям, пекинские лидеры первоначально решили, что промышленно развитые страны относительно быстро смогут возобновить нормальные деловые отношения с КНР через короткий промежуток времени после инцидента на площади Тяньаньмэнь (Tiananmen). Но когда это не произошло, представители КНР сделали японскому правительству решительное предложение по прекращению связей с большинством развитых промышленных стран, дабы вести нормальное экономическое общение с КНР, совместимое с долгосрочными интересами Токио в континентальном Китае.

Японские лидеры, так же как и лидеры Западной Европы и США, вели себя осторожно, чтобы не изолировать Китай и продолжать торговлю, а также другие отношения, обычно согласованные с политикой других индустриальных государств. Но они также следовали американскому руководству в ограничении экономических отношений с КНР.



Между Японией и Китаем давно уже сложились как официальные, так и неофициальные отношения.


1990-е гг.

В начале 1990-х годов Япония инвестировала Китай, а к концу 90-х гг. торговля пошла на спад, но восстановилась к 2000 году. Возможно, на такой всплеск торговли повлияла перспектива Китая стать членом Всемирной торговой организации (ВТО). «К 2001 году международная торговля Китая была шестой по величине в мире», а в несколько последующих лет ожидается, что она будет лишь немного уступать Японии, находящейся на четвертом месте.

Японская компенсация

Одним из многих факторов, повлиявших на банкротство правительства Цин, стало требование выплат военных репараций. Во время правления династии Цин, китайцы постоянно платили огромное количество серебра западным державам, а также Японии. Япония стала получателем компенсаций в результате заключения большого количества соглашений, включая Японо-китайское договор о дружбе, Симоносэкский договор, Соглашение от 1901 года и Соглашение о возвращении Ляодуна.

После первой японо-китайской войны 1894-1895 годов, согласно китайскому ученому Цзиня Сидэ (Jin Xide), правительство Цин заплатило Японии серебром на сумму, эквивалентную 510 млн. тогдашних японских йен, что в 6,4 раз превышало годовой доход правительства Японии. В свою очередь японский ученый Рёко Иэтика (Ryoko Iechika) посчитал, что правительство Цин заплатило Японии всего около 21 млн. $ (около одной третьей части дохода правительства Цин) на восстановление после войны, это около 320 млн. японских йен, эквивалентных тогда доходу японского правительства за 2,5 года. Средства, поступающие от правительства Цин, были использованы Японией на увеличение своего флота (38,2% от дохода), специальные военные расходы (21,6%), непосредственное увеличение армии (15,6%) и на развитие флотских линкоров (8,2%).

3 сентября 1995 года, Цзян Цзэминь (Jiang Zemin), председатель КНР и генсек компартии, объявил: «Китай терпит прямые экономические потери в размере 100 млрд. долларов и косвенные – в размере 500 млрд. долларов из-за японского военного вторжения» (Иэтика, 2003, с. 18). Учитывая эти факты, когда Япония нормализовала отношения с Тайванем, Цзян Цзеши (или Чан Кайши) отказался от репараций после Второй мировой войны. Точно так же, когда Япония наладила отношения с материковым Китаем (1972 г.), Мао Цзэдун отказался от таких же репараций.

В соответствии с подсчетами японского синолога, Япония должна была бы заплатить 52 трлн. йен (Примечание: годовой бюджет Японии за 2006 г. составил около 80 трлн. йен, из них около 40 трлн. йен являются доходами от налогов и ещё около 40 трлн. йен – «красными» задолженностями), в то время как ВВП Японии в 1971 г. составлял 9,4 трлн. йен. Однако, когда династия Цин проиграла войну в 1894-1895 годах, а также в боксёрском восстании в 1900 году, согласно Ябуки Сусуму (Yabuki Susumu), Китай заплатил всего 289540000 таелов (1 таел = 38 гр или 1 1/3 унции) серебра Японии, несмотря на бедственное экономическое положение династии Цин.

И даже несмотря на то, что у Японии в 1972 году была хорошая экономическая мощь (ВНП составлял 300 млрд. $), Япония ничего не заплатила Китаю в качестве репараций, которые постоянно остаются той «иглой», пронзающей японо-китайские отношения сегодня. Несмотря на извинения японского премьер-министра за военные преступления, принесенные по случаю 50-й годовщины окончания войны и по случаю окончания Второй мировой войны, многие китайцы считают, что в них нет и доли искреннего раскаяния за военные преступления. Данное мнение было усилено постоянными визитами японских премьер-министров в храм Ясукуни («Японские законодатели снова посетили Ясукуни»), символу прошлого японского милитаризма и фанатизма, которые не прекратились даже после серьезных протестов Китая и Южной Кореи.



Между Японией и Китаем давно уже сложились как официальные, так и неофициальные отношения.


Современные события

В настоящее время Япония стала меньше инвестировать Китай; росло движение за прекращение официальной помощи, также начинает процветать поддержка страны со стороны населения. Многие считают, что Япония должна прекратить помогать Китаю по двум главным причинам: первое – предоставление Китаю экономической поддержки фактически финансирует его военную мощь, что может постепенно привести к угрозе безопасности Японии; второе – Китай поддерживает много различных развивающихся стран, особенно в Африке, и поэтому совершенно нет необходимости поддерживать страну, которая может себе позволить оказывать помощь другим. Многие спорят против сокращения поддержки Китая, так как считают, что если продолжать помогать ему, то китайское правительство, скорее всего, будет играть по правилам международной системы, а также, что поддержка Японии искупит вину страны и покроет разрушения, причиненные во время Второй мировой войны.

Однако, напряжение периодически возрастает по вопросам торговли и технологии, китайского мнения о потенциальном восстановлении милитаризации Японии, а также отношениям Японии и Тайваня. В начале 2005 года Япония и США выпустили совместную декларацию, названную «мирным решением» тайваньской проблемы. Эта декларация разозлила КНР, которая опротестовала вмешательство в свои внутренние дела.

В мае 2008 года Ху Цзиньтао (Hu Jintao) стал первым китайским президентом, решившим посетить Японию с официальным государственным визитом за последние 10 лет, и призвавшим к усилению сотрудничества двух стран («Ху Цзиньтао прибыл в Японию», «Президент Ху показывает свои способности на дружественной встрече по настольному теннису»). Совместное соглашение президента Ху и японского премьер-министра Ясуо Фукуды (Yasuo Fukuda) гласит: «Обе страны согласны с тем, что Япония и Китай разделяют большую ответственность за мир во всем мире и развитие в XXI веке».

Китай присоединился к другим китайским странам, таким как Южная Корея, Северная Корея и Сингапур, критикующим японские учебники по истории, которые обеляют военные преступления Японии во время Второй мировой войны, утверждая, что искажения были свидетельством повышения милитаризма в японской политике. Из-за того, что написано в учебниках, в Китае начало расти антияпонское чувство. Это было усиленно растущим чувством китайского национализма и посещением премьер-министра Дзюнъитиро Коидзуми (Junichiro Koizumi) храма Ясукуни, синтоистской святыни, в котором почитаются павшие во время войн, включая 14 военных преступников, совершивших деяния класса «А». Также продолжается спор об островах Сэнкаку, приведший к столкновению китайского и японского правительств.

В апреле 2005 года вспыхнули последние споры, породившие атнияпонские протесты и спорадическое насилие на территории Китая, от Пекина до Шанхая, которые затем перекинулись в Гуанчжоу, Шэньчжэнь и Шэньян. И хотя Коидзуми открыто сказал в заявлении, сделанном 22 апреля 2005 года в Джакарте, о «сильных угрызениях совести» по поводу военных преступлений Японии (это последнее из серии извинений за несколько лет), многие китайские наблюдатели расценивают его как недостаточное и не являющееся действительно искренним, так как больше 80 членов Парламента и членов Кабинета министров за несколько часов до этого совершили паломничество в храм Ясукуни.

Кроме того, Китай и Япония постоянно спорят по поводу фактического количества погибших в Нанкине (Наньцзин). Китай утверждает, что, по крайней мере, 300000 гражданских лиц были убиты, Япония же спорит, что умерших было гораздо меньше («Наньцзинская резня всё ещё отравляет отношения между двумя державами»). Поднимаются вопросы о том, а имела ли место Нанкинская резня вообще. Документальный фильм, снятый Японией, выпущенный к 60-ой годовщине инцидента, назывался «Правда о Нанкине» и отрицал факт любых злодеяний (Японский фильм дискредитирует Наньцзинскую резню).

Эти споры вызвали вражду со стороны мирового китайского сообщества, включая Тайвань, в отношении Японии. Японская газетная статья от 1937 года сообщает о соревновании двух японских офицеров, заключающемся в совершении как можно большего количества казней. Названные лица убили всего более 200 китайских гражданских лиц. Оба военных пережили войну, были выданы китайскому правительству и казнены.



Между Японией и Китаем давно уже сложились как официальные, так и неофициальные отношения.


Не так давно в этом году по Японии прокатилась волна пищевых отравлений, связанных с китайскими клёцками «гёдза», в которых в больших количествах были обнаружены дихлофос, метамидофос и бензол. («Япония vs гёдза: отставить истерию вокруг продуктов питания»).

Эти инциденты легли в основу настороженных отношений к Китаю в японском обществе. Показательным в этом случае является опрос, проведенный также совсем недавно. Согласно результатам опроса, 36% японцев сообщили, что отношения Китая и Японии являются хорошими, тогда как 57% заявили, что они плохие. В Китае 67% респондентов сообщили о хороших отношениях между странами и 29% сказали, что они плохие («Только 36% японцев считают, что с Китаем у Японии хорошие отношения»). Причины такого расхождения во мнениях и отношениях сторон могут, с одной стороны, корениться как раз в недавних пищевых отравлениях, а также в том, что японцы сильно опасаются увеличения военной мощи Китая. Китайцы же настроены столь благодушно, благодаря агитации правительства, переориентировавшегося «на будущее» в отношениях с Японией. Связана ли смена курса только с Олимпийскими играми, которые совсем скоро откроются в Пекине, или правительство Китая всерьёз решило забыть прошлые обиды, покажет только время.



Вас может также заинтересовать:


Copyright © 2003-2017. Япония по-русски. Использование материалов с сайта запрещено.

Партнеры: Разработка сайта: Гамбургер.ру,